 Скидка, от которой захватывает дух
Есть переговоры, а есть демонстрация силы, замаскированная под коммерческий торг. Судя по публикации The Wall Street Journal, второй сценарий куда точнее описывает происходящее вокруг проекта «Сила Сибири-2». Китайская делегация перед майской встречей Владимира Путина и Си Цзиньпина в Пекине выдвинула российской стороне условие, от которого у любого нормального переговорщика должны были похолодеть руки - газ по новому трубопроводу Пекин готов покупать исключительно по цене внутреннего российского рынка, а это порядка 50 долларов за тысячу кубометров.
Для сравнения возьмем реальные цифры, которые публикует издание. В 2026 году Китай в среднем платит России 258,8 доллара за тысячу кубометров газа, и это уже само по себе на 39 процентов дешевле, чем средняя цена для прочих удаленных зарубежных покупателей «Газпрома», составляющая 420,2 доллара. То есть льготные условия для восточного соседа существуют и без всякого нового трубопровода, но, как выясняется, Пекину этого категорически недостаточно.
Прогноз российского Минэкономразвития на 2027 год предполагает снижение стоимости поставок в Китай до 223,9 доллара за тысячу кубометров, что сохраняет скидку относительно других рынков на уровне около 34 процентов. Однако выдвинутое требование в 50 долларов означает падение цены более чем в пять раз по сравнению с текущими условиями и примерно в восемь раз относительно средней стоимости для остальных зарубежных покупателей. Такую математику сложно назвать партнерской, скорее это попытка переложить экономику экспортного мегапроекта целиком на плечи одной стороны сделки.
Труба длиной в континент
Пока в переговорных кабинетах идет торг за каждый доллар, сам проект остается технически впечатляющим. «Сила Сибири-2» должна пройти из России через территорию Монголии в Китай, общая протяженность маршрута оценивается примерно в 2,6 тысячи километров, а пропускная способность заявлена на уровне 50 миллиардов кубометров в год. Ресурсной базой станут месторождения Ямала, тот самый газ, который еще недавно предполагалось направлять европейским потребителям, пока геополитическая реальность не переписала логистические карты энергетического рынка.
Строительство подобной артерии, по оценкам отраслевых экспертов, займет около шести лет, и это без учета возможных задержек, характерных для проектов такого масштаба в условиях горной и вечномерзлотной местности. Однако вся эта инженерная арифметика теряет смысл, пока не решен главный вопрос - по какой цене газ вообще потечет по трубе, если она когда-нибудь будет построена.
Меморандум есть, а обязательств нет
Осенью 2025 года российская сторона с явным облегчением объявила о подписании юридически обязывающего меморандума по проекту. Формулировка звучала многообещающе, но реальность оказалась куда прозаичнее. Китай официально так и не подтвердил, что считает этот документ юридически обязательным, а сам проект даже не попал в перечень из 42 двусторонних соглашений, заключенных во время майской встречи лидеров двух стран.
После переговоров в Кремле поспешили сообщить о достигнутом общем понимании относительно маршрута и способа строительства газопровода. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков при этом честно признал, что часть деталей еще предстоит согласовать, а конкретные сроки реализации проекта до сих пор не определены. В опубликованном официальном перечне документов саммита никаких соглашений по газу или нефти также не оказалось, о чем сообщало агентство Reuters. Получается любопытная картина - юридически обязывающий меморандум существует лишь в риторике одной стороны, а формальная база для запуска строительства практически отсутствует.
Почему Пекин не спешит
Осторожность китайской стороны объясняется вполне рациональной логикой, а не капризом переговорщиков. Партнер консалтинговой компании DGA Group Йорг Вуттке обратил внимание на важную деталь - китайский спрос на импортный газ может достичь пикового значения уже к середине 2030-х годов. «В таких условиях Пекину нет необходимости торопиться со строительством трубопровода, которое само по себе займет несколько лет», - подчеркивает эксперт, и в этой оценке сложно найти изъян с чисто экономической точки зрения.
Директор Берлинского центра Карнеги по изучению России и Евразии Александр Габуев дает еще более жесткую оценку намерениям китайской стороны. По его мнению, руководство КНР намерено сознательно затягивать переговорный процесс, рассчитывая со временем выторговать у Москвы еще более выгодные условия. Логика здесь простая и довольно циничная - чем сильнее Россия нуждается в переориентации экспорта на восток после потери значительной части европейского рынка, тем меньше у нее пространства для маневра в ценовом торге.
Кому нужнее эта труба
Стоит признать честно - потребность в проекте распределена между сторонами крайне неравномерно. Для России соглашение имеет стратегическое значение, поскольку после сокращения поставок в Европу необходимо найти применение газу западносибирских месторождений, ранее ориентированных на европейского потребителя. Альтернатив не так много, и «Сила Сибири-2» рассматривалась как один из ключевых элементов восточного разворота отечественной газовой отрасли.
Китай же располагает куда более широким полем для выбора. Помимо трубопроводных поставок, страна активно наращивает закупки сжиженного природного газа с мирового рынка, диверсифицируя источники и снижая зависимость от единственного поставщика. Такая стратегия позволяет Пекину вести переговоры без спешки, выбирая между российским трубопроводным газом, ближневосточным СПГ и поставками из Австралии или США, если политическая конъюнктура позволит.
Сейчас основным действующим маршрутом остается первая «Сила Сибири», которая ежегодно транспортирует в Китай более 38 миллиардов кубометров газа с месторождений Восточной Сибири. Второй проект задумывался как принципиально иной по ресурсной базе, что позволило бы России частично компенсировать выпавшие европейские объемы за счет ямальского газа. Но без окончательного согласования цены даже начало строительства остается под большим вопросом, а шесть лет монтажных работ - это лишь верхушка айсберга проблем, скрывающихся под поверхностью коммерческих переговоров.
Таким образом, история с ценовым требованием Пекина по «Силе Сибири-2» демонстрирует довольно отрезвляющую картину реального баланса сил в энергетическом партнерстве двух стран. Формальная дружба и регулярные заявления о стратегическом сотрудничестве не отменяют жесткого коммерческого расчета, в котором Китай пользуется преимуществом более гибкой позиции покупателя, а Россия испытывает объективную потребность в новых экспортных маршрутах после сокращения европейского рынка. Требование продавать газ по цене в пять раз ниже текущей выглядит скорее заявкой на серьезную уступку, чем реальной стартовой позицией для компромисса, и вероятнее всего окончательная цена окажется где-то между запрошенными Пекином пятьюдесятью долларами и нынешними двумястами с лишним. Однако сам факт столь жесткого торга явно указывает, что путь к запуску строительства предстоит куда более долгий и тернистый, чем хотелось бы представить в победных пресс-релизах о достигнутом взаимопонимании, и патриотический оптимизм здесь стоит дозировать трезвым пониманием экономических реалий переговорного процесса.
Поделиться новостью в социальных сетях
Еще похожие новости
|
