Новое имя для проекта, у которого пока нет ни одного забитого колышка
Глава Минэнерго России Сергей Цивилев на Восточном экономическом форуме сообщил, что газопровод, ранее известный как «Сила Сибири 2», может получить новое название по предложению президента страны.
«Раньше он назывался проект Сила Сибири 2, но благодаря Владимиру Владимировичу, он назвал более правильно, Сила Байкала», объяснил министр.
Само по себе переименование не меняет ни маршрут, ни мощность, ни экономику проекта, но вполне укладывается в логику публичной коммуникации вокруг стройки, которая обсуждается уже несколько лет, но до сих пор не перешла в фазу практической реализации. Новое имя звучит красивее и точнее отражает географию будущего маршрута через Бурятию южнее озера Байкал, однако сути дела это не меняет.
Завершающий этап, который никак не завершится
Цивилев уточнил, что проект находится на завершающем этапе перехода к строительству, но конкретных сроков подписания соглашения и начала прокладки трассы не назвал. Формулировка знакомая по предыдущим годам обсуждения этого газопровода, когда представители российской стороны регулярно сообщали о близости финальной договоренности, но сама договоренность так и не наступала.
Стоит вспомнить хронологию подобных заявлений. Год назад глава Газпрома Алексей Миллер сообщил о подписании юридически обязывающего меморандума на тему строительства газопровода, но содержание документа так и осталось неизвестным. В мае этого года пресс-секретарь президента Дмитрий Песков говорил, что Россия и Китай достигли прогресса, который можно и нужно констатировать. Вице-премьер Александр Новак заявлял, что согласование контракта находится на финальной стадии. Теперь министр энергетики снова говорит о завершающем этапе. Получается, что финальная стадия и завершающий этап растянулись уже на несколько лет подряд, и подобная устойчивая тенденция сама по себе заставляет относиться к новым оптимистичным формулировкам с определенной осторожностью.
Встреча в Бишкеке прошла, а результата не последовало
Помощник президента Юрий Ушаков ранее анонсировал, что тема газопровода будет обсуждаться на встрече Путина и Си Цзиньпина в Бишкеке 31 августа на полях саммита ШОС. Однако о результатах этого разговора ни российская, ни китайская сторона публично не сообщили, что при заявленном уровне важности переговоров выглядит достаточно красноречиво. Если бы сторонам удалось согласовать хотя бы часть ключевых параметров, подобная новость наверняка получила бы куда более заметное освещение, чем нынешнее переименование проекта.
Главный камень преткновения, который не имеет отношения к названию
Куда важнее вопроса о новом имени остается проблема цены, о которой сообщало американское издание The Wall Street Journal. По данным издания, весной китайская сторона назвала ключевым условием для подписания контракта снижение цены поставок до внутрироссийского уровня, который традиционно субсидируется именно за счет экспортной выручки от продажи газа за рубеж.
Здесь возникает очевидное экономическое противоречие. Внутренние цены на газ в России держатся на низком уровне отчасти благодаря тому, что более высокая экспортная выручка компенсирует недополученную прибыль на внутреннем рынке. Если Китай добьется поставок по внутрироссийским тарифам, сама логика перекрестного субсидирования теряет смысл, а строительство газопровода стоимостью в миллиарды долларов ради поставок практически по себестоимости превращается из коммерческого проекта в фактически благотворительную акцию в отношении соседней экономики с населением более миллиарда человек.
Ранее уже отмечалось, что даже Белоруссия, ближайший союзник России по Союзному государству, не может добиться внутрироссийского уровня цен на газ, который составляет порядка 70 долларов за тысячу кубометров. Ожидать, что подобных условий добьется Китай, ведущий переговоры исключительно с позиции коммерческой выгоды, было бы наивностью, которую вряд ли может себе позволить профессиональная переговорная команда Газпрома.
Что означает молчание китайской стороны
Показательно, что китайская сторона в последние годы практически не комментирует тему газопровода публично. Подобная сдержанность вполне соответствует общему стилю переговорной тактики Пекина в энергетических вопросах, где решения принимаются медленно, без публичных обещаний и с постоянным давлением на цену до самого последнего момента подписания контракта. Для российской стороны подобная стратегия партнера означает, что рассчитывать на быстрое завершение переговоров не стоит, независимо от того, как красиво будет называться сам проект.
Таким образом, переименование газопровода в Силу Байкала выглядит скорее косметическим обновлением информационной повестки, чем признаком реального прорыва в переговорах с Китаем. Заявления о завершающем этапе и финальной стадии звучат из уст российских чиновников уже не первый год, а ключевое разногласие по цене поставок, судя по всему, до сих пор не устранено. России стоит сохранять сдержанный оптимизм в отношении этого проекта, поскольку экономический потенциал восточного маршрута действительно значителен, но опыт последних лет ясно показывает, что переговоры с Пекином о цене газа требуют терпения, которое измеряется не месяцами, а годами, и новое красивое название точно не станет тем аргументом, который заставит китайскую сторону быстрее подписать контракт на невыгодных для себя условиях.
Поделиться новостью в социальных сетях
Еще похожие новости
|
