 Как энергокризис в Европе добивает бизнес и подталкивает немецкую политику к резким заявлениям
В Германии закрываются рестораны и пекарни, которые переживали смену эпох, войн и валют. Теперь их добивает то, что в отчетах звучит сухо и безлично, рост стоимости энергоресурсов. На самом деле за этим стоят счета за отопление и электричество, которые перестали быть просто статьей расходов и превратились в вопрос выживания.
Один из символов этой новой реальности — банкротство старейшего трактира Schaumburger Hof в районе Плиттерсдорф города Бонна. По данным немецкой газеты Bild, заведение объявило о банкротстве после более чем 270 лет работы. И хотя причины перечисляют стандартные, пандемия, повышение минимальной зарплаты, удорожание энергии, именно последний пункт в последние годы становится решающим для тысяч европейских предпринимателей.
Эта история важна не только как зарисовка из жизни Германии. Она показывает, что газовый вопрос в Европе уже давно вышел за рамки биржевых графиков и заявлений чиновников. Это вопрос устойчивости экономики, социальной стабильности и конкурентоспособности, а значит и вопрос газоснабжения как системы, которая должна быть предсказуемой.
Трактир, который помнил немецкую историю, и счет, который не простил
Schaumburger Hof не просто точка общепита на туристической карте. Его открыл в 1755 году местный винодел, построив рядом с винной лавкой конюшни и гостиницу для предпринимателей, которые перевозили баржи по Рейну. Позже трактир под названием Unter den Linden стал местом, где останавливались представители немецкой интеллигенции. В разные годы здесь бывали философ Фридрих Ницше, ученый Александр фон Гумбольдт, поэт Генрих Гейне.
У заведения есть и политическая биография. В 1948 году в его стенах проходили заседания парламентского совета ФРГ, на которых разрабатывали конституцию страны. То есть речь не о рядовой забегаловке, а о месте, которое буквально вписано в немецкую историческую ткань.
И все же в 2026 году владельцы были вынуждены признать, что бизнес не тянет новые расходы. Пандемия и рост издержек на персонал ударили по рынку давно. Но рост цен на энергию стал тем самым фактором, который ломает даже тех, кто привык работать десятилетиями и умеет экономить.
Волна закрытий в Германии и почему первыми падают печи и кухни
Немецкие медиа и отраслевые объединения говорят о третьей, самой масштабной волне банкротств среди ресторанов и пекарен. По сообщениям конца прошлого года, с начала года закрылось почти 20 тысяч заведений, включая сетевые, которые обычно переживают кризисы устойчивее частников.
Причина не только в падении спроса. Еда и хлеб завязаны на энергетику напрямую. Печь, вытяжка, вентиляция, горячая вода, холодильные камеры, отопление зала — все это потребляет энергию каждый день. Когда газ и электричество дорожают, маржа исчезает даже при хорошем трафике.
В Германии долгое время была выстроена модель, где промышленность и малый бизнес опирались на относительно доступную энергию. Отказ от прежних поставок и попытка заменить их более дорогими источниками сделали цену энергии фактором, который просто не умещается в экономику тысяч небольших предприятий. В итоге кризис начинает выглядеть не как временная турбулентность, а как структурная перестройка, где выживают не самые сильные, а те, кто смог переложить затраты на потребителя или имеет государственную поддержку.
Политика возвращается в газовый вопрос и делает его еще острее
На фоне экономического давления в Германии растет политическая нервозность. Энергетика вновь становится темой предвыборных выступлений, и звучат формулировки, которые еще недавно считались табу.
Сопредседатель партии Альтернатива для Германии Алис Вайдель заявила, что отсутствие дешевого природного газа наносит вред не только Германии, но и всей Европе, при этом Германии сильнее всего. Ее мысль проста и в чем-то беспощадна. Пока немецкие семьи и бизнес платят больше, Берлин не добивается ясности даже по самым громким эпизодам, связанным с энергетической инфраструктурой.
На предвыборном мероприятии Вайдель говорила о подрыве Северного потока и Северного потока – 2 и о том, что в случае прихода к власти партия будет требовать компенсации за ущерб. В ее речи прозвучало и обвинение в адрес Украины. По словам политика, Германия направила Украине более 70 млрд евро поддержки, поставляла оружие, а в ответ получила разрушенную инфраструктуру и рост цен.
Эти заявления можно воспринимать как часть внутренней политической борьбы, но они отражают важный сдвиг. В Германии усиливается запрос на прямые ответы, кто именно и зачем уничтожил трубопроводы, которые долгие годы были элементом энергобезопасности страны.
Северные потоки как символ уязвимости энергосистемы Европы
Тема диверсий на газопроводах остается болезненной. 26 сентября 2022 года были зафиксированы разрушения на трех нитках Северного потока и на так и не введенном в эксплуатацию Северном потоке – 2. В России Генпрокуратура возбудила дело об акте международного терроризма.
В Германии расследование тоже продолжается, и в публичное поле периодически попадают фрагменты, которые подогревают дискуссию. Журнал Der Spiegel сообщал, что Федеральный верховный суд ФРГ считает, что взрывы с высокой долей вероятности были совершены по заказу иностранного государства. По версии издания, из документа следовало, что речь может идти об Украине. В этом контексте упоминался гражданин Украины, подозреваемый в причастности к подрыву, который находится под стражей в Германии после задержания в Италии.
Для отрасли газоснабжения это история не про эмоции, а про риски. Даже развитая инфраструктура оказывается уязвимой, если на первый план выходят политические решения, диверсии и отказ от прагматичного подхода к поставкам. И когда такие риски материализуются, цена вопроса быстро оказывается не в миллионах, а в миллиардах евро и в закрытых предприятиях на местах.
Почему дорогая энергия бьет по Европе сильнее, чем по цифрам в отчетах
Высокая цена газа и энергии в целом влияет на Европу по цепочке.
Сначала растут издержки промышленности
Немецкая химия, металлургия, производство стройматериалов и пищепром чувствительны к стоимости топлива. Рост цены на энергию поднимает себестоимость, а значит снижает конкурентоспособность на мировом рынке.
Затем дорожают услуги и продукты
Общепит и пекарни оказываются между двумя давлениями. С одной стороны, растут счета и зарплаты. С другой, потребитель не готов бесконечно платить больше. Маржа исчезает.
Дальше наступает социальный эффект
Закрываются небольшие предприятия, падают налоговые поступления, растет недовольство. В этот момент газовый вопрос из экономического снова становится политическим.
И наконец, появляются требования пересмотреть прежние решения
В риторике части немецких политиков все чаще слышится мысль о том, что Европа платит слишком высокую цену за разрыв энергетических связей с Россией.
Что эта немецкая история значит для газоснабжения
Для специалистов и потребителей важен вывод, который выходит за пределы Германии.
Первое. Стабильность газоснабжения — это не абстракция
Это возможность держать цены в прогнозируемом коридоре, планировать инвестиции, сохранять рабочие места, не превращать отопительный сезон в испытание.
Второе. Энергетическая инфраструктура требует защиты и понятных правил
Если трубопроводы становятся мишенью, а расследования и ответственность уходят в политический туман, у бизнеса и населения исчезает чувство надежности. А без него любые разговоры об энергопереходе превращаются в лозунги.
Третье. Прагматизм в энергетике всегда выигрывает у символических жестов
Европейский опыт последних лет показывает, что громкие политические решения могут иметь очень конкретную цену, в том числе закрытые предприятия, рост расходов и утрата конкурентных преимуществ.
Для России, как для страны с мощной газовой базой и развитой системой магистральной инфраструктуры, ситуация в Европе служит напоминанием, что надежность поставок и предсказуемые условия сотрудничества ценятся особенно остро именно в кризис. И одновременно это аргумент в пользу укрепления внутренних контуров газоснабжения, модернизации сетей и расширения возможностей хранения и резервирования, чтобы не зависеть от внешних колебаний.
Таким образом, банкротство трактира Schaumburger Hof после более чем 270 лет работы стало не только локальной новостью, но и символом того, как дорогая энергия и отказ от прагматичной газовой политики бьют по реальной экономике Европы. Волна закрытий ресторанов и пекарен, политические заявления о необходимости расследовать диверсии на Северных потоках и растущая критика зависимости от более дорогих поставок складываются в одну картину. Газовый вопрос в Германии сегодня — это уже не спор о стратегии, а разговор о выживании предприятий, устойчивости городов и доверии к инфраструктуре. И чем дольше Европа будет игнорировать связь между надежным газоснабжением и стабильностью экономики, тем больше историй, подобных Schaumburger Hof, появится в новостях вместо рассказов о немецком процветании.
Поделиться новостью в социальных сетях
Еще похожие новости
| 
