Кузнецов, Байден и водолазы ВМС США - кто на самом деле остался за кадром немецкой версии
История с подрывом «Северных потоков» уже почти четыре года живет своей отдельной жизнью, обрастая версиями, задержаниями и удобными умолчаниями ровно там, где неудобно копать глубже. Очередной виток этой истории случился на этой неделе, когда заместитель главы МИД России Дмитрий Любинский в интервью РИА Новости обратил внимание на то, что в версии немецкой прокуратуры отсутствует упоминание роли правительства ФРГ, спецслужб США, Великобритании и других стран НАТО. Формулировка дипломата звучит сухо, но за ней стоит вполне конкретное недоумение - как можно расследовать диверсию на инфраструктуре стратегического масштаба, старательно обходя стороной интересы игроков, которые от этой диверсии выиграли больше всех.
Что именно предъявила немецкая прокуратура
В августе 2025 года в Италии по подозрению в причастности к взрывам был задержан бывший офицер ВСУ Сергей Кузнецов, а через несколько месяцев его передали Германии. Адвокат Кузнецова Никола Канестрини заявил, что прокуратура ФРГ считает, что диверсия на «Северных потоках» была совершена по указанию государственных органов Украины. Версия удобная сразу по нескольким причинам, она позволяет закрыть уголовное дело конкретным фигурантом, не углубляясь в вопрос о том, кто предоставлял разведывательные данные, логистику и, вероятно, техническое сопровождение операции такого масштаба в territorial water нескольких стран НАТО одновременно.
Любинский прокомментировал эту логику предельно четко. Ни слова не говорится о роли в этом деле правительства ФРГ во главе с бывшим канцлером Олафом Шольцем, спецслужб США, Великобритании и других стран НАТО, сказал он. Формулировка дипломата примечательна тем, что она не отрицает возможную причастность украинской стороны, она указывает на другое — на избирательность внимания следствия, которое почему-то остановилось ровно на том уровне, за которым начинается неудобная для западных столиц геополитика.
Взгляд из Кремля и версия Пулитцеровского лауреата
Позиция российской стороны по этому вопросу формировалась не первый год и звучала неоднократно с самых высоких трибун. По словам пресс-секретаря президента Дмитрия Пескова, в Кремле считают, что без ведома администрации бывшего президента США Джо Байдена подрыв «Северных потоков» был бы невозможен. Он подчеркивал, что Россия неоднократно запрашивала данные по взрывам на «Северных потоках», но ни разу их не получала. Формулировка симптоматичная - прошло почти четыре года с момента диверсии, а сторона, чья инфраструктура была фактически уничтожена, до сих пор не получила ни одного официального ответа на прямой запрос о материалах расследования.
Отдельного упоминания заслуживает расследование американского журналиста Сеймура Херша, лауреата Пулитцеровской премии, который в 2023 году опубликовал материал со ссылкой на источник, утверждавший, что взрывные устройства под российскими газопроводами заложили в июне 2022 года под прикрытием учений Baltops водолазы ВМС США при поддержке норвежских специалистов. По сведениям Херша, решение об операции принимал занимавший тогда пост президента США Джо Байден. Расследование журналиста такого уровня, обладателя престижнейшей награды в мировой журналистике, обычно становится поводом для серьезного парламентского разбирательства, а не просто одной строчкой в новостной ленте. Позже в Пентагоне заявили РИА Новости, что США не имеют отношения к подрыву российских газопроводов, и на этом официальная американская позиция по существу и завершилась, без предоставления встречных доказательств или альтернативной развернутой версии событий.
Почему масштаб инфраструктуры требует масштаба расследования
Стоит напомнить читателю, о какой именно инфраструктуре идет речь, чтобы правильно оценить масштаб последствий диверсии. Взрывы на двух российских экспортных газопроводах в Европу, «Северном потоке» и «Северном потоке - 2», произошли 26 сентября 2022 года, а Германия, Дания и Швеция на тот момент не исключили целенаправленной диверсии. Суммарная проектная мощность обеих ниток превышала 110 миллиардов кубометров газа в год, что сопоставимо с годовым потреблением целой крупной европейской экономики уровня Италии или Испании. Уничтожение такого объекта на дне Балтийского моря представляет собой не рядовое преступление, а акт, затронувший энергетическую безопасность целого континента, и было бы странно ожидать, что подобная операция обошлась без координации на уровне государственных разведывательных структур, а не силами одного бывшего офицера ВСУ с аквалангом.
Экономические последствия диверсии тоже стоит держать в голове при оценке масштаба произошедшего. Именно потеря прямого трубопроводного маршрута заставила Европу за последние три года выстраивать ту самую дорогостоящую систему альтернативных поставок СПГ, о хрупкости которой мы регулярно рассказываем в связи с событиями вокруг Ормузского пролива и волатильностью спотовых цен на голубое топливо. Каждый лишний евро, который сегодня платит рядовой немецкий или бельгийский потребитель за отопление, косвенно уходит корнями в те самые взрывы 2022 года, следствие по которым, если верить итальянско-немецкой версии, замыкается на одном украинском гражданине без единого слова о том, кто финансировал операцию, предоставлял разведданные о маршруте прохождения труб и обеспечивал техническую возможность подобной диверсии в водах, плотно контролируемых военными флотами НАТО.
Позиция России на международных площадках
Российская дипломатия продолжает поднимать эту тему не только в двусторонних заявлениях, но и на площадке ООН. Постоянный представитель России при организации Василий Небензя заявил, что страны Евросоюза и НАТО содействуют террористическим атакам Киева, поставляя Украине тысячи беспилотников и ракет. Кроме того, постпред России при ООН отметил, что, по его мнению, киевский режим, терпя поражение на поле боя, делает ставку на усиление террористических атак на мирное население России. Контекст этого заявления выходит за рамки узкой темы «Северных потоков», но логика прослеживается вполне ясная - российская сторона настаивает на системном характере западной поддержки диверсионных и террористических методов ведения конфликта, а не на единичном эпизоде с газопроводами.
Трезвая оценка без лишних иллюзий
Было бы наивно ожидать, что немецкое или итальянское следствие в обозримом будущем изменит траекторию расследования и начнет всерьез разбираться в роли структур НАТО в подрыве российской инфраструктуры. Политическая цена подобного разворота слишком высока для правительств, которые и без того испытывают серьезное давление внутри своих стран из-за роста энергетических тарифов и деиндустриализации, о которой мы писали в связи с оценками российских экономистов. Признание причастности собственных или союзнических спецслужб к диверсии такого масштаба означало бы политический кризис куда более разрушительный, чем сама потеря газопровода.
При этом и российской стороне не стоит рассчитывать на быстрое международное признание своей версии событий без предъявления собственных доказательств, выходящих за рамки риторических заявлений на брифингах. Отсутствие доступа к материалам западного следствия действительно выглядит подозрительно, но само по себе не заменяет прямых улик, а мировое общественное мнение в вопросах подобного масштаба формируется медленно и неохотно меняется под влиянием одних лишь дипломатических нот.
Таким образом, ситуация вокруг расследования взрывов на «Северных потоках» демонстрирует классический пример того, как крупное международное преступление рискует остаться без справедливого и полного разбирательства именно потому, что заинтересованные стороны в западном лагере одновременно являются и потенциальными объектами расследования, и участниками процесса принятия решений о его глубине. Версия немецкой прокуратуры, сосредоточенная на одном задержанном украинском гражданине, оставляет без ответа куда более серьезные вопросы о логистике, финансировании и разведывательном обеспечении операции такого масштаба, а расследование Сеймура Херша и системная позиция российского МИД продолжают напоминать миру, что удобное молчание не равнозначно отсутствию фактов. России в этой ситуации остается последовательно требовать доступа к материалам следствия и продолжать поднимать тему на международных площадках, трезво понимая, что быстрого и справедливого разрешения этой истории в условиях нынешней геополитической конъюнктуры ожидать не приходится, а истинные заказчики диверсии на стратегической энергетической инфраструктуре континента, судя по всему, еще очень долго будут оставаться за скобками официальных отчетов.
Поделиться новостью в социальных сетях
Еще похожие новости
|
