 Любимая страшилка снова не сработала
Есть темы, которые отдельные эксперты любят особенно сильно. Например, разговоры о том, что российская экономика якобы полностью зависит от нефти и газа. Стоит только мировым ценам пойти вниз, как немедленно появляются прогнозы о неизбежном кризисе, бюджетной катастрофе и прочих неприятностях.
Согласитесь, картина удобная. Простая и понятная.
Вот только реальная экономика снова внесла свои коррективы.
После публикации данных Счетной палаты многие обратили внимание на снижение нефтегазовых доходов федерального бюджета в первом квартале 2026 года. Формально цифры действительно выглядят заметно. Поступления от нефтегазового сектора сократились на 45,4 процента по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.
Для любителей драматических заголовков это могло бы стать настоящим праздником.
Однако дальше начинается самое интересное.
Когда одни доходы падают, другие растут
Если смотреть на бюджет целиком, картина оказывается гораздо сложнее и намного интереснее.
Пока нефтегазовые поступления сокращались, ненефтегазовые доходы уверенно росли. Именно на это обращают внимание специалисты.
Доцент Финансового университета при Правительстве России Игорь Балынин напоминает, что предварительные данные уже за пять месяцев показывают иную динамику. По его словам, благодаря росту нефтяных цен в апреле и мае объем нефтегазовых поступлений увеличился, а общая сумма доходов федерального бюджета за первые пять месяцев даже превысила показатель аналогичного периода прошлого года примерно на 41 миллиард рублей.
Получается довольно любопытная ситуация.
В начале года многие увидели только падение нефтегазовых доходов. А затем оказалось, что бюджет продолжает работать вполне устойчиво.
Ненефтегазовая экономика выходит на первый план
Еще более интересные данные приводит доцент кафедры государственных и муниципальных финансов РЭУ имени Плеханова Екатерина Голубцова.
По ее словам, исполнение плана по налогу на прибыль организаций составило 24,9 процента, а по НДС на товары, реализуемые внутри страны, — 25,3 процента.
Это уже показатели реального сектора экономики.
Промышленность работает.
Компании получают прибыль.
Внутренний рынок продолжает генерировать налоговые поступления.
Самое примечательное заключается в другом. Доля ненефтегазовых доходов достигла 82,6 процента всех бюджетных поступлений.
Если вспомнить многочисленные разговоры о «сырьевой зависимости», цифра выглядит весьма показательно.
Конечно, никто не говорит, что нефть и газ потеряли значение для страны. Было бы странно отрицать роль крупнейшего энергетического сектора мира. Но очевидно другое. Российская экономика сегодня выглядит значительно более разнообразной, чем ее любят представлять некоторые критики.
Санкции работали не по сценарию
Отдельного внимания заслуживает вопрос санкционного давления.
Логика западных ограничений строилась достаточно просто. Сокращение доходов от экспорта сырья должно было привести к серьезным бюджетным проблемам.
На практике ситуация оказалась иной.
Да, сложности возникли.
Да, потребовалась адаптация.
Да, некоторые рынки пришлось перестраивать практически с нуля.
Но одновременно выросла роль внутреннего производства, логистики, сферы услуг и ряда других отраслей.
В результате бюджет оказался значительно устойчивее, чем ожидали многие зарубежные аналитики.
Иногда складывается впечатление, что западные эксперты продолжают анализировать Россию образца девяностых годов, тогда как экономика давно живет в совершенно других условиях.
Что происходит с дефицитом бюджета
Разумеется, было бы нечестно изображать исключительно радужную картину.
Счетная палата зафиксировала дефицит бюджета на уровне 4,6 триллиона рублей по итогам первого квартала.
Цифра серьезная.
Однако здесь важно понимать причины.
По словам Игоря Балынина, значительная часть ситуации связана с ускоренным финансированием отдельных государственных программ и проектов. Иными словами, государство сознательно увеличивало расходы для достижения конкретных результатов.
Это не отменяет необходимости внимательно следить за бюджетным балансом, но позволяет взглянуть на ситуацию более объемно.
Экономика — вещь сложная. В ней редко работают примитивные формулы из серии «доходы упали — значит все пропало».
Государственный долг и финансовый суверенитет
Еще один показатель, который часто используют для оценки устойчивости страны, — государственный долг.
На начало апреля он достиг 36,4 триллиона рублей.
Звучит внушительно.
Но экономика любит относительные величины не меньше абсолютных.
По оценке экспертов, уровень государственного долга остается ниже двадцати процентов ВВП. Более того, доля внешних обязательств составляет всего около 13,6 процента.
Для сравнения, многие развитые страны давно живут с долговой нагрузкой, которая в несколько раз превышает размеры их экономики.
Поэтому разговоры о долговой катастрофе в российском случае выглядят несколько преждевременными.
Зачем нужен Фонд национального благосостояния
Отдельный интерес вызывает динамика ФНБ.
Объем фонда действительно немного сократился в начале года. Однако именно для таких ситуаций он и создавался.
Когда часть нефтегазовых доходов временно снижается, фонд используется как стабилизирующий механизм.
Екатерина Голубцова справедливо отмечает, что подобная работа фонда лишь подтверждает эффективность существующей системы.
Проще говоря, подушка безопасности существует не для того, чтобы лежать без дела, а для того, чтобы использоваться в периоды повышенной турбулентности.
Именно это сегодня и происходит.
Таким образом, снижение нефтегазовых доходов в первом квартале 2026 года оказалось не признаком кризиса, а очередным тестом на устойчивость российской экономики. Статистика показывает, что сокращение поступлений от сырьевого сектора компенсируется ростом ненефтегазовых доходов, а структура бюджета постепенно становится более сбалансированной. Это не означает полного избавления от зависимости от энергетического экспорта и не отменяет существующих вызовов. Однако цифры свидетельствуют о важной тенденции. Российская экономика все больше опирается не только на нефть и газ, но и на промышленность, внутренний рынок и сферу услуг. Именно такой путь позволяет укреплять финансовый суверенитет страны и снижать чувствительность к внешним потрясениям. А значит, очередные прогнозы о неизбежном крахе снова оказались далеки от реальности.
Поделиться новостью в социальных сетях
Еще похожие новости
| 
