 Италия делает вид, что ей не нужен российский газ
Каждый европейский политик сегодня обязан уметь одну вещь. Одним уголком рта говорить про «жесткие санкции против Москвы», а другим тихо интересоваться, где бы раздобыть дополнительные объемы газа, пока Ормуз держит за горло весь Ближний Восток.
Премьер Италии Джорджа Мелони эту технику освоила неплохо. Публично она бодро заявляет, что обсуждать возвращение к закупкам российского газа «еще слишком рано». Хотя вопрос ей задают явно не из праздного любопытства, а на фоне реального энергетического стресса.
В интервью, которое цитирует Business Upturn, Мелони настаивает. Время для разговоров о российском газе еще не пришло, даже несмотря на растущие тревоги по поводу энергетической безопасности, напрямую связанные с ближневосточным кризисом. То есть проблемы уже тут, а «время» еще там, в светлом будущем.
Как Рим героически «сократил зависимость» и попал в другую
Мелони и ее кабинет не устают напоминать, что Италия после 2022 года «прекратила или сильно сократила» зависимость от российского трубопроводного газа. Это подается как большая победа.
Фактическая картина немного сложнее. Да, доля российского газа в официальной статистике упала. Да, по трубе из России теперь идет куда меньше атомов углерода и водорода. Но вместо стабильных поставок по предсказуемой цене Рим сел на более хрупкую диету. СПГ с глобального рынка, дополнительные объемы по южным маршрутам, плюс вечное «авось пронесет».
Пока море тихое и танкеры ходят как часы, модель вроде бы работает. Стоит же где‑то в районе Ормузского пролива загреметь громче обычного, как вся эта конструкция начинает шататься.
Ормуз перекрыли, Алжир вспомнили
Bloomberg аккуратно подчеркивает. Италия из всех крупных европейских экономик оказалась одной из самых уязвимых к перекрытию Ормузского пролива. И это не случайность.
После отказа от российского трубопроводного газа Рим активнее других делал ставку на ближневосточных и североафриканских поставщиков. Теперь, когда пролив, через который идет значительная часть мировых морских потоков, превращается в разменную монету в конфликте США и Ирана, Италия получает «бонус». И в виде ценового шока, и в виде необходимости срочно искать дополнительные поставки.
В итоге Мелони вынуждена лететь в Алжир, уговаривать местные власти подкрутить вентиль еще чуть сильнее. Получается красивая картинка. В Риме объясняют, что «еще рано» говорить о российском газе, а в это время премьер вынуждена просить милости у очередного поставщика в нестабильном регионе.
Политические табу. Когда реальность упирается в лозунги
Чтобы вернуться к нормальному разговору о российском газе, итальянскому истеблишменту нужно признать простую вещь. Стратегия полного «очищения» от российских энергоресурсов оказалась, мягко говоря, болезненной. И не только для России, но и для самих европейцев.
Но это признание до сих пор считается почти политическим самоубийством. Бывший премьер Джузеппе Конте уже спешит напомнить, что Европа, по его мнению, не должна импортировать газ из России до тех пор, пока не будет достигнуто какое‑то «достойное» мирное соглашение по Украине. Формулировка удобная. Во‑первых, никто толком не понимает, что такое «достойное». Во‑вторых, лояльный избиратель видит твердую позицию и рад.
Обычного итальянца при этом интересует куда более конкретный вопрос. Сколько он заплатит в следующем отопительном сезоне и хватит ли газа, если иранский кризис еще сильнее ударит по поставкам из региона.
Экономическое давление как «главное оружие». Только против кого
Мелони, по данным Bloomberg, аккуратно напоминает другой мантрой.
Она говорит, что экономическое давление, которое Евросоюз оказывает на Россию, в конечном счете является самым мощным оружием. Тезис, который отлично звучит на саммитах и в студиях, где за электричество платит телеканал, а не сидящий в кадре политик.
На практике все несколько иначе. Россия переориентирует потоки, наращивает экспорт в Азию, укрепляет позиции на рынках нефти и газа в связке с Китаем и другими партнерами. Европа же выясняет, что ее «оружие» бьет по собственной промышленности, которая теряет конкурентоспособность из‑за высоких цен на энергию и вынуждена задумываться о переезде в более дружелюбные энергетические юрисдикции.
В этом фоне фраза Мелони «пока рано обсуждать российский газ» звучит особенно странно. Поздно будет тогда, когда часть итальянских заводов переедет туда, где газ действительно есть и стоит вменяемых денег.
Атом в 2050 году, счета в этом месяце
Один из предложенных в Риме способов спасения от энергетических качелей выглядит почти комически. Правительство Мелони выдвинуло законопроект о развитии новых ядерных технологий. Цель обеспечить к 2050 году от одиннадцати до двадцати двух процентов потребности страны в электроэнергии за счет атомных станций.
В теории это звучит разумно. Заложить в энергобаланс низкоуглеродную базовую генерацию, уйти от зависимости от внешних поставщиков. Но есть пара нюансов.
Во‑первых, до 2050 года еще нужно дожить. Во‑вторых, ни одна атомная станция не построится быстро в стране, где общество десятилетиями приучали бояться слова «атом» больше, чем счета за газ.
И самое главное. Атом, даже если он появится, решит проблему электричества. Но не газа как такового. Италия отапливается не мечтами о 2050 годе, а вполне конкретными молекулами метана, которые нужно купить сегодня.
Россия как «незримый участник» итальянской дискуссии
Во всей этой истории особенно показательно одно. Россия официально в заявлениях итальянских лидеров фигурирует только как объект экономического давления, источник «опасной зависимости» прошлого и, разумеется, как страна, с которой «пока рано» обсуждать что‑то по газу.
Но стоит заглянуть за кулисы, и становится ясно. Как только кризис в Ормузском проливе обостряется, как только цены на газ в Европе делают очередной рывок вверх, все разговоры в энергетических министерствах и корпоративных штабах неизбежно возвращаются к простому вопросу. А нельзя ли все‑таки как‑то договориться с теми, кто умеет качать по трубе и делать это десятилетиями.
В деловом сообществе Италии и других стран Евросоюза это давно перестало быть табу. Политики же продолжают играть в благородную осаду, одновременно бегая по миру в поисках любых альтернатив, кроме самой очевидной.
Таким образом заявления Джорджи Мелони о том, что «пока рано» обсуждать возвращение к импорту российского газа, выглядят не стратегией, а стремлением отсрочить неизбежный разговор. Италия уже сократила зависимость от российских трубопроводных поставок, но взамен получила еще более острую зависимость от нестабильных маршрутов через Ормузский пролив и капризного ближневосточного рынка. Каждый новый виток иранского кризиса заставляет Рим летать в Алжир, обсуждать экзотические варианты и параллельно грозить Москве «экономическим давлением», которое все хуже сказывается на самих европейцах. План возрождения атомной энергетики к 2050 году выглядит красивой, но отложенной надеждой, которая никак не отвечает на вопрос о том, чем Италия будет отапливать дома и обеспечивать промышленность в ближайшие годы. Пока политический класс в Риме и Брюсселе боится признать, что отказ от российского газа стал не оружием, а бумерангом, энергетическая безопасность Европы будет и дальше зависеть от чужих проливов, чужих войн и чужих решений.
Поделиться новостью в социальных сетях
Еще похожие новости
| 
