 Теракт или самооборона? В Германии обсуждают правовую оценку подрыва «Северных потоков»
Судебное разбирательство по делу о подрыве газопроводов «Северный поток» и «Северный поток 2» получило новый поворот. В Германии обсуждается возможность трактовки диверсии как действия в рамках самообороны. При этом прокуратура ФРГ рассматривает произошедшее как тяжкое преступление, а обвинение связывает предполагаемого организатора с украинскими государственными структурами. Речь идет о взрывах 26 сентября 2022 года, уничтоживших значительную часть газотранспортной инфраструктуры общей проектной мощностью 110 млрд кубометров ежегодно. Главный вопрос теперь касается не только исполнителей, но и юридической оценки самой операции.
Немецкий суд рассматривает украинский след
В Гамбурге началось рассмотрение дела гражданина Украины Сергея Кузнецова, задержанного в Италии в августе 2025 года. Согласно представленным материалам, немецкая прокуратура связывает его с координацией подрыва газопроводов. В обвинении, по сообщениям СМИ, указывается, что предполагаемые действия совершались по поручению украинских государственных структур. Среди материалов следствия упоминаются данные телефона с координатами газопроводов и записи разговоров обвиняемого с супругой. Однако защита настаивает на недостаточности доказательств. «Доказательная база крайне слабая. Они выдвигают предположения о том, как все могло происходить, но нет четких доказательств его участия в этой операции», заявил адвокат Никола Канестрини. По словам защитника, следствие не представило свидетелей, отпечатков пальцев или образцов ДНК, непосредственно подтверждающих участие Кузнецова. Окончательную оценку доказательствам должен дать суд. До вынесения приговора обвиняемый считается невиновным.
Может ли подрыв газопровода считаться самообороной
Старший научный сотрудник ИМЭМО РАН Федор Басов допустил, что атака на газопроводы может рассматриваться через призму права на самооборону. Однако такая юридическая конструкция вызывает серьезные вопросы. Газопроводы находились в Балтийском море, а повреждения произошли на глубине около 80 метров. На момент взрывов транспортировка газа по ним не велась. Чтобы квалифицировать атаку как законное действие в рамках вооруженного конфликта, необходимо установить военное значение объекта, характер операции и соблюдение норм международного гуманитарного права. Само по себе наличие вооруженного конфликта не превращает любой промышленный объект в законную военную цель. Поэтому предположение о самообороне пока остается экспертной гипотезой, а не установленной позицией немецкого суда.
Кто знал о подготовке диверсии
Немецкие журналисты расследователи ранее сообщили о возможной осведомленности американской разведки. По их версии, сотрудники ЦРУ знали о планах операции на ранней стадии и первоначально не возражали против ее проведения. Также прозвучали утверждения о возможном предложении финансовой поддержки. Отдельные публикации связывают одобрение операции с бывшим главнокомандующим ВСУ Валерием Залужным. Однако эти сведения основаны на журналистских источниках и пока не подтверждены судебным решением. Утверждать, что США организовали подрыв или официально финансировали диверсию, на основании опубликованных материалов нельзя. При этом появление новых свидетельств усиливает необходимость установить всю цепочку принятия решений, а не ограничиваться предполагаемыми непосредственными исполнителями.
110 млрд кубометров мощности и миллиарды инвестиций
Экономический масштаб происшествия определяется не только стоимостью поврежденных труб. Два «Северных потока» были рассчитаны на транспортировку суммарно 110 млрд кубометров газа ежегодно. Строительство одного только «Северного потока 2» обошлось примерно в 9,5 млрд евро. При условной цене 400 долларов за 1 тыс. кубометров полная годовая загрузка обеих систем соответствовала бы газу стоимостью 44 млрд долларов. Это расчетная стоимость топлива, а не размер ущерба от диверсии. К моменту взрывов поставки по газопроводам уже не осуществлялись, поэтому автоматически записывать весь потенциальный товарооборот в убытки некорректно. Однако повреждение инфраструктуры лишило Россию и Германию возможности сравнительно быстро восстановить крупный маршрут газоснабжения при изменении политических условий. Именно эта потеря остается одним из главных экономических последствий происшествия.
Германии придется разделить право и политику
Эксперты сомневаются, что даже установление причастности украинских государственных структур приведет к серьезному изменению германской политики. Берлин продолжает поддерживать Киев, одновременно расследуя уничтожение инфраструктуры, имевшей стратегическое значение для немецкой экономики. Эксперт Финансового университета Денис Денисов обращает внимание на другое противоречие. «Попытка скрыть результаты следствия перечеркнет главные принципы самой Германии, верховенство права и прозрачность правосудия», отметил он. В бундестаге также звучат требования провести отдельное парламентское расследование обстоятельств диверсии и действий германских властей. При этом судебное установление виновности конкретных лиц и политическая ответственность государственных структур представляют собой разные вопросы. Один процесс не обязательно даст ответы на оба. Таким образом, дело «Северных потоков» постепенно переходит от поиска предполагаемых исполнителей к вопросу об организаторах и правовой оценке операции. Немецкая прокуратура предъявила обвинение Сергею Кузнецову, защита оспаривает доказательства, а эксперты обсуждают возможность применения права на самооборону. Однако ни причастность иностранных спецслужб, ни законность подрыва пока не установлены судом. Для России принципиально важно выяснить организаторов уничтожения экспортной инфраструктуры, для Германии не менее важно обеспечить независимое расследование. Ведь газопроводы стоимостью в миллиарды евро можно вывести из строя за несколько часов, а четыре года судебных и политических разбирательств пока так и не дали окончательного ответа, кто именно принял решение их уничтожить.
Поделиться новостью в социальных сетях
Еще похожие новости
|
