Единственные живые трубы. И они уже под угрозой
После подрыва «Северных потоков» в Балтике и сворачивания украинского транзита карта европейского газоснабжения сильно похудела. Из когда‑то разветвленной сети маршрутов осталась по сути одна крупная черноморская артерия. «Турецкий поток» плюс «Голубой поток».
И вот теперь выясняется, что эта последняя стабильная связка между российскими месторождениями и рынками Турции и Южной Европы тоже вошла в список целей киевских стратегов.
Замглавы МИД России Александр Грушко в интервью прямо говорит. Москва неоднократно обращалась к Анкаре с просьбой добиться от Киева гарантий недопущения атак на инфраструктуру «Турецкого потока» и «Голубого потока».
Формулировка жесткая. «С учетом продолжающихся террористических атак киевского режима на газотранспортную инфраструктуру, по которой идут поставки газа в Турцию по дну Черного моря, неоднократно призывали наших турецких партнеров направить четкие отрезвляющие сигналы украинской стороне и потребовать от нее пресечь подобные акты агрессии и гарантировать их недопущение в будущем».
Переводя с дипломатического на понятный. Украина уже пыталась щупать эту инфраструктуру на прочность, и Москва ожидает от Турции не только обеспокоенности, но и конкретного разговора с Киевом в стиле «ниже ватерлинии не бить».
Что хочет Москва от Анкары
Требование России к Турции выглядит логично, если вспомнить, чья это труба и по чьей экономике ударит любой взрыв.
«Турецкий поток» снабжает саму Турцию, а также через вторую нитку ведет газ дальше в Венгрию, Сербию, Словакию, Болгарию, Грецию. «Голубой поток» объединяет Россию и Турцию напрямую. Уничтожение любой части этой системы это удар не только по Москве, но и по Анкаре, и по европейским партнерам по южному маршруту.
Грушко аккуратно напоминает турецкой стороне. Если хотите, чтобы по дну Черного моря продолжал идти газ, а не пузырьки от подрывов, самое время поговорить с Киевом в понятных ему выражениях.
Суть российских требований проста. Турция, как страна, имеющая влияние на киевский режим, должна потребовать остановить попытки атак на газотранспортную инфраструктуру и обеспечить внятные гарантии на будущее. Не в формате «мы надеемся», а в формате «мы этого не допустим».
Позиция Пескова и осторожный ответ Анкары
То, что угрозы не являются выдумкой, подтверждает и пресс‑секретарь президента России Дмитрий Песков.
Он ранее отмечал, что Россия на постоянной основе передает Турции свои озабоченности из‑за растущей опасности для инфраструктуры «Турецкого потока» и «Голубого потока». Это не одноразовый сигнал, а регулярный канал коммуникации.
Источник в правительстве Турции подтверждает, что Анкара такие сообщения фиксирует. Турецкая сторона видит, что из Москвы приходят сведения об атаках ВСУ и о прямых угрозах газопроводу. Координация по этому вопросу ведется постоянно.
То есть картина такая. Россия и Турция в закрытом режиме уже давно обсуждают, как обезопасить черноморские трубы от киевских диверсантов. Теперь Москва решила вынести часть этой дискуссии в публичную плоскость. Видимо, рассчитывая, что вслух произнесенные угрозы сложнее будет игнорировать.
Почему Киеву так хочется дотянуться и до Черного моря
После множества публикаций о подрыве «Северных потоков» в Балтике украинский след в диверсиях против энергетической инфраструктуры уже никого особенно не удивляет. Расследования западных журналистов рисуют достаточно четкую картину. Планы подрыва, устные согласования, уничтоженные документы, спецгруппы с отработанными навыками подводных операций.
На этом фоне попытки атаковать объекты, связанные с российским газом, выглядят логичным продолжением линии. Взорвали один из основных маршрутов в Балтике. Почему бы не попробовать пощупать и черноморский.
Для киевского руководства это сразу три в одном. Удар по российским экспортным доходам. Услуга конкурирующим поставщикам газа. Давление на европейские страны, зависящие от этих маршрутов, с расчетом на то, что они будут еще более послушно согласовывать новые пакеты помощи.
Проблема в том, что «черноморские игры» чреваты другим уровнем последствий. В случае успешной диверсии по «Турецкому потоку» пострадает не какая‑то абстрактная Европа, а вполне конкретная Турция, с ее внутренним рынком, электроэнергетикой и транзитными проектами.
«Турецкий поток» как нервная система сразу для трех зон
Стоит четко понимать, что «Турецкий поток» и «Голубой поток» это не частная российская история. Это узлы, на которых сегодня держится энергобезопасность сразу трех сегментов.
Для России это важнейший сохранившийся экспортный маршрут трубопроводного газа в направлении ЕС. Для Турции это источник топлива для собственной экономики и залог статуса регионального газового хаба, через который проходят существенные потоки в южную Европу.
Для стран получателей венгерской, сербской, словацкой, болгарской, греческой стороны это вопрос буквального наличия газа в системе. Потеря этих поставок означает либо резкий рывок к еще более дорогому СПГ, либо откровенный дефицит с соответствующими ценами и политическими последствиями.
Если учесть, что европейские подземные хранилища уже сейчас заполняются с трудом, а прогнозы по ценам на хабе TTF и так рисуют уровни в 400–700 долларов за тысячу кубометров, любой риск для «Турецкого потока» должен вызывать в Брюсселе не просто беспокойство, а тихую панику.
Вместо этого пока мы видим в лучшем случае вежливые заявления и нежелание признавать, что судьба последних рабочих труб напрямую зависит от того, насколько твердо Турция поставит киевским партнерам условие «без фокусов под водой».
Почему Анкаре выгодно говорить с Киевом жестко
Для Турции ситуация особенно тонкая. С одной стороны, Анкара играет свою большую игру, позиционируя себя и как партнера России, и как важного члена НАТО. С другой, есть жесткая экономическая реальность.
Любой удар по «Турецкому потоку» и «Голубому потоку» это моментальный выстрел себе в ногу. Газ придется докупать по другим каналам и совсем по другим ценам. Статус транзитной державы будет подорван. Внутренний рынок получит очередной шок, который потом придется компенсировать субсидиями и политическими кругами почета перед избирателями.
В этом смысле требование Москвы к Анкаре «направить четкие отрезвляющие сигналы» Киеву звучит не как ультиматум, а как напоминание о здравом смысле.
Турции выгоднее один раз объяснить украинскому руководству, что игры с черноморской инфраструктурой недопустимы, чем потом годами разгребать последствия и слушать от своих граждан вопросы, почему они должны платить за чужие авантюры.
Таким образом публичное заявление Александра Грушко о требованиях России к Турции обеспечить от Киева гарантии по «Турецкому потоку» и «Голубому потоку» стало не просто дипломатическим сигналом, а предупреждением обоим партнерам по региону. Для Анкары это напоминание, что статус газового хаба и относительно стабильные цены опираются на конкретные трубы, которые уже оказались в зоне интереса киевских диверсантов. Для Европы это еще один звоночек о том, насколько уязвимой стала ее энергосистема после разрушения балтийских маршрутов и свертывания украинского транзита. Без сохранности черноморских газопроводов разговоры о безопасности поставок превращаются в чистую риторику. И чем быстрее Турция донесет до Киева свои «отрезвляющие» тезисы, тем больше шансов, что единственные живые магистральные нитки из России к южным рынкам не повторят судьбу «Северных потоков», оставив Европу и саму Турцию заложниками дорогого и нестабильного СПГ.
Поделиться новостью в социальных сетях
Еще похожие новости
| 
