 Тот же самый газ, только втридорога
Есть в современной европейской энергетике сюжет настолько абсурдный, что его сложно придумать специально, приходится просто фиксировать реальность. Президент Молдавии Майя Санду инициировала созыв Высшего совета безопасности для выработки мер реагирования на энергетический кризис перед началом отопительного сезона, и повод для тревоги у нее действительно есть. С 1 сентября правительство уже повысило тарифы на природный газ, поставляемый государственной компанией Energocom, на 41 процент, поскольку средняя цена закупки выросла с 400 до 600 евро за тысячу кубометров. Но и этот рост оказался не финальным, поскольку стоимость газа впоследствии подскочила уже до 900 долларов за тысячу кубометров, а отдельные поставщики тепла успели направить в Национальное агентство по регулированию энергетики заявки на дополнительное повышение тарифов.
Длинный путь короткой независимости
Самое любопытное в этой истории заключается не в самих цифрах, а в происхождении газа, за который Молдавии теперь приходится платить втридорога. Республика практически не имеет собственных запасов природного газа и полностью зависит от внешних поставок, импортируя около 0,9 миллиарда кубометров в год, в основном через Румынию. Ирония ситуации в том, что формально отказавшись от прямых закупок у российского поставщика, Молдавия продолжает получать по сути тот же самый российский газ, только через цепочку посредников и по значительно более высокой цене.
«Весь газ в Молдавию фактически идет из Румынии. А в Румынию этот газ, как правило, приходит по Турецкому потоку в Турцию, далее в Болгарию, оттуда в Румынию и в итоге этот газ поступает в Молдавию. Продает этот газ Болгарии не Газпром, а европейские трейдеры, в основном болгарские и румынские. Но по происхождению это все тот же российский газ», объясняет ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности, старший преподаватель кафедры политологии Финансового университета при правительстве России Игорь Юшков.
Получается достаточно наглядная схема, при которой политическая декларация о разрыве с российским поставщиком на практике оборачивается лишь удлинением логистической цепочки и появлением дополнительных посредников, каждый из которых, разумеется, закладывает свою маржу в конечную цену для молдавского потребителя.
Символический жест для американской аудитории
Отдельного внимания заслуживает история с закупками сжиженного газа американского происхождения. Юшков напоминает, что бывали случаи, когда Молдавия действительно покупала американский СПГ, поступавший через Грецию, но подобные эпизоды носили скорее демонстративный, чем систематический характер. «Молдавии символически важно показать США, что страна якобы перешла от российского на американский газ, но на практике это просто более дорогой газ», отмечает эксперт, обозначая суть этой политической витрины предельно откровенно.
Бюджет, который не выдерживает разницы
Проблема для Кишинева усугубляется тем, что разрыв между внешней рыночной ценой и той стоимостью, которую готовы платить конечные потребители, вырос настолько сильно, что молдавские власти физически не справляются с необходимой компенсацией. «Кишинев поднимает тарифы на газ для потребителей до уровня внешних цен, потому что субсидировать внутренний рынок нечем. Власти не могут заплатить компаниям, чтобы компенсировать разницу цен и сделать всю схему газоснабжения рентабельной. Молдавия бедная страна», констатирует Юшков.
Формулировка неприятная, но честная. Для государства с ограниченным бюджетом длительное субсидирование разницы между дорогим импортным газом и приемлемыми для населения тарифами превращается в неподъемную финансовую нагрузку, которая рано или поздно все равно перекладывается на плечи конечных потребителей через рост коммунальных счетов.
Политика против экономики
На этом фоне закономерно активизировалась внутренняя политическая дискуссия о целесообразности избранного курса. Бывший глава государства, руководитель крупнейшей оппозиционной Партии социалистов Игорь Додон заявил, что кабинет министров республики фактически принуждает граждан покупать российский газ через европейских посредников по завышенной цене, руководствуясь интересами правящей партии, а не экономическими соображениями. В подтверждение своей позиции экс-президент сослался на статистику, согласно которой в первом полугодии 2026 года страны самого Евросоюза закупили у России рекордные объемы энергоносителей на сумму около 12 миллиардов евро, что делает молдавский отказ от прямых закупок особенно нелогичным на общем европейском фоне.
Додон выступил за организацию прямых поставок газа из России на более привлекательных условиях и заявил о готовности лично провести соответствующие переговоры в Москве. Правительство Молдавии, впрочем, эту инициативу отвергло, сославшись на невозможность подобного сценария в силу «политического контекста». Спикер парламента Игорь Гросу уточнил, что разрыв отношений с Россией является одним из обязательных условий для присоединения страны к Евросоюзу.
Долг, который мешает диалогу
Помимо чисто политических препятствий, существует и вполне конкретное финансовое обстоятельство, осложняющее возможное возвращение к прямым закупкам. По словам Юшкова, «Молдовагаз» остается должен «Газпрому» 709 миллионов долларов, и Кишинев этот долг признавать отказывается. «Более дешевый газ от Газпрома для Молдавии, это путь не только политического, но и экономического урегулирования отношений с Россией. Экономического, потому что Газпром требует вернуть ему 709 миллионов долларов, которые Молдовагаз остается должен. Однако Кишинев этот долг не признает, отдавать его не хочет, поэтому нормализовать отношения сложно. Хотя российский газ был, конечно, значительно дешевле, чем европейский сейчас», заключает эксперт.
Получается своеобразный замкнутый круг, где непризнанный долг мешает возобновлению выгодных поставок, а отсутствие выгодных поставок вынуждает молдавский бюджет тратить деньги, которые вполне могли бы пойти на урегулирование этой самой задолженности, если бы политическая воля к диалогу все же появилась.
Таким образом, молдавский энергетический кризис представляет собой достаточно наглядный пример того, как политические декларации о независимости от одного поставщика могут обернуться не реальной диверсификацией, а простым удорожанием того же самого товара через удлиненную цепочку посредников. Разница между прежними ценами прямых закупок и нынешними 900 долларами за тысячу кубометров слишком велика, чтобы считать нынешнюю схему рациональным экономическим решением, а не политическим жестом с конкретной денежной ценой для рядовых молдавских граждан. Непризнанный долг перед «Газпромом» и жесткая привязка энергетической политики к условиям евроинтеграции оставляют Кишиневу крайне узкий коридор возможностей, и в этих условиях властям предстоит либо найти способ компенсировать растущую нагрузку на бюджет, либо признать, что цена политического выбора оказалась куда выше первоначальных расчетов, а зима, как обычно, не станет дожидаться, пока эти расчеты будут окончательно пересмотрены.
Поделиться новостью в социальных сетях
Еще похожие новости
|
