 Философия против апокалипсиса
Есть в политике жанр, который можно смело назвать эстрадным номером на двоих, когда один артист пугает публику до заикания, а второй выходит следом и с олимпийским спокойствием советует зрителям расслабиться и получать удовольствие. Именно такой концерт устроили на прошлой неделе армянские чиновники. Глава Центробанка Мартин Галстян пугал сограждан «апокалиптическим сценарием» из за возможного роста цен на российский газ, а премьер-министр Никол Пашинян на брифинге после заседания правительства с философским прищуром заявил, что нечего тут разводить апокалипсисы на пустом месте.
«Армения стабильно развивается и продолжает стабильно развиваться. Когда будет необходимость в референдуме, проведем референдум, необходимости не будет, не проведем. Когда возникнет необходимость регулировать цену, будем ее регулировать, необходимости не будет, не будем», сказал Пашинян.
Формула настолько универсальная, что ее можно смело вписывать в любой учебник по искусству ничего не обещать, сохраняя при этом лицо государственного деятеля. Будет надо, сделаем, не будет надо, не сделаем. Ай да мудрость, хоть сейчас в конституцию вписывай отдельной статьей.
Отношения с Россией премьер назвал многослойными, отметив, что «в них есть множество проблем, вопросов и возможностей». Красиво сказано, почти как про капустный пирог, тоже ведь многослойный, тоже с начинкой, вопрос только в том, кто в итоге останется без куска.
Триста семьдесят процентов разницы
Начнем с той самой цифры, вокруг которой пляшет весь этот балаган. По словам председателя Госдумы Вячеслава Володина, Россия поставляет газ Армении по 177,5 доллара за тысячу кубометров, тогда как Европа платит 633 доллара за тот же объем. Разница почти в три с половиной раза, и пресс-секретарь президента Дмитрий Песков без всякого стеснения назвал такую цену «помощью братскому народу», уточнив, что помощь эта оказывается в ущерб самой России. То есть Москва фактически доплачивает соседям за возможность считаться братьями, и вот на этом самом фоне в Ереване вдруг вспомнили про диверсификацию.
Пашинян и раньше жаловался, что в республике «от границы до конечного потребителя» наблюдается «самое высокое ценообразование» по сравнению с другими странами. Тут хочется развести руками и спросить, а при чем здесь Россия, если газ на границе стоит дешевле, чем чашка кофе в приличном ереванском заведении, а дорожает он уже внутри страны, видимо, по дороге от границы обрастая какими-то местными накрутками, будто не газ идет по трубе, а марафонец, с которого по пути снимают все, что можно снять.
Иранский резерв с истекающим сроком
Формально альтернатива у Армении есть, называется Иран, только масштаб этой альтернативы примерно такой же, как масштаб зонтика во время цунами. Газ поступает оттуда с 2009 года исключительно в рамках программы обмена газа на электроэнергию, соглашение действует до 2030 года. Схема работает так, Армения перерабатывает иранский газ в электричество и продает его обратно Ирану по курсу 3 киловатт часа за кубометр, при этом электростанции выдают 4 или 4,5 киловатт часа из одного кубометра, а разница остается в стране. Красивая бухгалтерская схема, почти как вечный двигатель, только вместо вечности здесь дата истечения, 2030 год, и что будет дальше, никто, судя по всему, пока не думал.
Как пишет FinPort, в 2025 году на долю России пришлось 82,4 процента всего армянского газового импорта, что составило 2 229 697,4 тысячи кубометров, а остальное действительно пришло из Ирана. Получается, разговоры про диверсификацию пока держатся на объеме, который погоды не делает, примерно как один зонтик на весь стадион во время ливня, вроде что-то есть, а толку чуть.
Ремонт как маленькая репетиция
Пока в Ереване философствуют о ценах, поставки газа из России уже приостановлены до 25 сентября по вполне прозаической причине, ремонт трубы. В «Газпром Армения», стопроцентной дочке российского концерна и единственном операторе местной газотранспортной сети, уточнили, что снабжение потребителей на этот период обеспечат внутренние резервы. Одиннадцать дней без основной трубы страна переживет, никто не спорит, вопрос в другом, а что будет, если подобная пауза случится не по графику планового ремонта, а по причине куда менее дружественной, скажем, из за той самой инвентаризации отношений, о которой так любят рассуждать в Ереване.
Инвентаризация отношений и ее скрытая цена
Пашинян подтвердил, что Армения и Россия договорились провести инвентаризацию двусторонних отношений, и процесс этот уже идет полным ходом. «Возникает вопрос о железной дороге, все начинают им заниматься, затем поднимается вопрос о газе. Отношения между Республикой Армения и Российской Федерацией многогранны, и в них много проблем, вопросов, возможностей. Этот процесс инвентаризации продолжается, и обсуждения продолжаются или начинаются», пояснил премьер, как передает Armenpress. Формулировка настолько исчерпывающая, что после нее хочется спросить, а инвентаризация вообще для чего проводится, чтобы что-то посчитать и оставить, или чтобы найти повод списать в убыток.
Параллельно Ереван ведет переговоры со всеми возможными странами по вопросам импорта газа, включая Азербайджан и Турцию. Список растет, контракты пока нет, и создается ощущение, что Армения собирает не поставщиков газа, а скорее коллекцию визитных карточек на случай, если однажды придется звонить сразу всем и одновременно спрашивать, а нет ли у кого лишнего кубометра.
Стоит напомнить, что еще в мае представитель МИД России Мария Захарова прямо предупредила, что Москва не исключает приостановления или денонсации соглашения о поставках газа и нефтепродуктов, если Армения продолжит курс на евроинтеграцию. Предупреждение прозвучало заранее и без обиняков, но, судя по нынешним философским рассуждениям Пашиняна про отсутствие апокалипсиса, услышано оно было примерно так же, как советы врача пациентом, который все равно собирается доесть вторую порцию торта.
Референдум, которого не будет
Отдельная история с обещанным референдумом достойна отдельного цирка. В конце августа Пашинян анонсировал начало подачи заявки в Евросоюз, честно признав, что одновременное членство в ЕС и ЕАЭС невозможно. Владимир Путин в ответ призвал коллегу поскорее провести референдум о выборе между интеграционными объединениями, чтобы Москва понимала перспективы отношений. Пашинян ответил замечательно, заявив, что Армения фактически уже отказалась от референдума, приняв закон о евроинтеграции.
Вот тут даже самому невозмутимому наблюдателю хочется зааплодировать. Обещали спросить у народа, а спросили у депутатов, и назвали это тем же самым выбором. Примерно как пообещать сходить на выборы, а вместо этого прислать соседа проголосовать по доверенности и сказать, что воля народа таким образом полностью учтена.
Таким образом, философское спокойствие Пашиняна по поводу апокалиптических сценариев выглядит красивым риторическим приемом, но не более того. Разница между действующей российской ценой в 177,5 доллара и европейской в 633 доллара слишком велика, чтобы делать вид, будто разговоры о диверсификации ничего не стоят, а иранский канал в силу скромного масштаба и истекающего в 2030 году соглашения на роль полноценной замены явно не тянет. Одиннадцать дней сентябрьского ремонта стали маленькой репетицией того, что может ждать армянскую энергетику в куда большем масштабе, если инвентаризация отношений с Москвой закончится не разумным компромиссом, а окончательным разрывом льготных условий. Пашинян может сколько угодно советовать не пугать себя апокалипсисом, но собственный глава Центробанка уже фактически озвучил, во сколько процентов инфляции обойдется этот философский оптимизм, и цифры эти, в отличие от красивых фраз про многослойность отношений, считать умеют куда лучше любых политиков.
Поделиться новостью в социальных сетях
Еще похожие новости
|
