 Отказаться нельзя продолжать
Есть особый жанр политических заявлений, где красивая формулировка идет рука об руку с очевидным противоречием собственной статистике. Испания анонсировала отказ от российского сжиженного природного газа с 1 января 2027 года, и сделала это несмотря на действующие долгосрочные контракты испанских компаний, которые, по собственному признанию мадридских дипломатов, рассчитаны на десятилетия вперед.
«На самом деле эти санкции не удалось бы ввести без согласия Испании, у некоторых испанских компаний есть действующие контракты. Как вы знаете, контракты на поставку СПГ заключаются на много лет вперед. Это очень долгосрочные контракты. Это не то, что можно решить в последнюю минуту, поэтому они действуют на протяжении десятилетий. Мы намерены выполнять требования новых санкций», заявил глава испанского МИД Хосе Мануэль Альбарес, выступая в Вашингтоне.
Формулировка примечательна тем, что в одном абзаце министр умудрился одновременно объяснить, почему отказ от российского газа технически сложен, и заверить американских слушателей, что Мадрид все равно намерен его осуществить.
Роль запасного аэродрома для соседей
Альбарес не ограничился одними обещаниями и предложил Испании новую роль на европейском энергетическом рынке. По его словам, страна располагает одними из крупнейших мощностей по хранению и переработке СПГ и сможет помочь другим европейским государствам с поставками сжиженного газа от надежных партнеров, в том числе из США.
Амбиция понятная, учитывая развитую испанскую портовую инфраструктуру, но реализация подобных планов требует не только свободных мощностей регазификации, но и достаточных физических объемов самого газа на мировом рынке, а с этим, как показывают последние месяцы, у поставщиков возникают серьезные сложности.
Мартовский рекорд, который неудобно вспоминать
Самое любопытное в этой истории заключается в статистике, которую испанским чиновникам сейчас приходится объяснять с некоторой неловкостью. В марте Испания резко увеличила импорт российского газа, до 9807 гигаватт часов, что стало одним из самых высоких месячных показателей за всю историю наблюдений. Закупки выросли более чем вдвое по сравнению с февралем на фоне конфликта на Ближнем Востоке и стремительного роста мировых цен на газ.
Основным поставщиком газа в Испанию оставался Алжир, за ним следовали США и Россия, но сам факт удвоения российских закупок именно в момент, когда страна параллельно готовит полный отказ от этих же поставок, выглядит достаточно показательно. Получается, что декларации о принципиальном разрыве отношений отлично сочетаются с практикой наращивания закупок в моменты острого дефицита, и никакого внутреннего противоречия испанские чиновники в этом почему то не замечают.
Ямал растет, пока ему готовят прощание
Похожая картина складывается и на общеевропейском уровне. Евросоюз в целом увеличил импорт российского СПГ на фоне энергетического кризиса на Ближнем Востоке, и в первом квартале 2026 года поставки с проекта «Ямал СПГ» выросли на 17 процентов по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, достигнув 5 миллионов тонн, причем 97 процентов этого объема пришлось именно на страны Евросоюза.
Рост произошел на фоне сокращения импорта из Катара, вызванного ударами по энергетической инфраструктуре и ситуацией в Ормузском проливе. Крупнейшим поставщиком СПГ в Евросоюз при этом оставались США, на долю которых пришлось более 66 процентов всего импорта. Но даже с учетом американского доминирования на рынке, растущая роль именно российских поставок в момент общего дефицита выглядит красноречивым напоминанием о том, что физическая потребность в этом газе никуда не исчезла, несмотря на все декларации о планах полного отказа к 2027 году.
Британская химия не выдержала счета
Пока политики обсуждают долгосрочные стратегии, промышленность реагирует на текущие цены куда быстрее и решительнее. Международный химический гигант Ineos заявил об остановке всех трех своих химических заводов мирового масштаба в британском городе Халл именно из за высоких цен на газ. Как отмечается в заявлении компании, цены на газ в Европе сейчас в 12 раз выше, чем в США, а заводы используют газ как для энергетических нужд, так и в качестве сырья в самом производственном процессе.
Остановленные предприятия были последними в Европе, выпускавшими крупные партии ацетилов, сырья для производства лекарственных препаратов, моющих средств и взрывчатых веществ. Эти заводы обеспечивали четыре тысячи рабочих мест, и хотя владелец промышленной группы британский бизнесмен Джим Рэтклифф, по данным Би-би-си, заверил, что на время простоя сотрудники сохранят свои места, само по себе закрытие последних подобных производств в Европе выглядит достаточно тревожным сигналом для всей континентальной химической промышленности.
Компания намерена попытаться заключить прямые контракты на поставку СПГ из США по более низким ценам, что, по собственным оценкам Ineos, может занять до года. Параллельно в компании надеются на общее снижение цен на газ, но учитывая динамику последних месяцев, подобные надежды выглядят скорее актом веры, чем расчетом на конкретные рыночные тенденции.
Цифры, которые не оставляют иллюзий
Конфликт на Ближнем Востоке действительно привел к серьезному удорожанию газа в Европе. В начале сентября цены превысили 900 долларов за тысячу кубометров, а 14 сентября пробили отметку в тысячу долларов. Для британской химической промышленности, работающей с разницей в 12 раз по сравнению с американскими конкурентами, подобные цены означают не временные трудности, а прямую потерю конкурентоспособности на глобальном рынке.
Таким образом, испанская и британская истории, при всей разнице масштабов, демонстрируют одну и ту же фундаментальную проблему европейской энергетической политики. Мадрид готов декларировать отказ от российского газа с 2027 года, одновременно ставя мартовский рекорд по его закупкам, а Лондон вынужден останавливать последние в Европе профильные химические заводы именно из за той самой ценовой политики, которая должна была стать результатом успешной диверсификации поставок. Рост закупок с Ямала на 17 процентов на фоне общего дефицита показывает, что физическая потребность европейского рынка в российском газе сохраняется вне зависимости от политических деклараций, а закрытие британских заводов доказывает, что цена этой политической принципиальности уже сейчас измеряется вполне конкретными рабочими местами и потерянной промышленной мощностью. Пока Брюссель продолжает настаивать на графике полного отказа к 2027 году, реальная экономика Европы демонстрирует все более явные признаки усталости от подобного курса, и вопрос лишь в том, сколько еще подобных остановленных заводов потребуется, чтобы политические декларации наконец начали учитывать экономическую реальность, а не наоборот.
Поделиться новостью в социальных сетях
Еще похожие новости
|
