Как быстро рассыпаются мифы о независимости
Долгие годы европейские бюрократы рассказывали миру сказку о том, как они легко заменят российский газ, построят новую систему и будут диктовать свои условия рынку. Они уверяли, что в мире полно альтернативных поставщиков, сжиженного газа хватит на всех, а старые трубопроводы можно просто забыть. И что мы видим сегодня. Одно серьезное обострение на Ближнем Востоке — и вся эта бумажная энергетическая безопасность летит в пропасть.
Профессор Губкинского университета Валерий Бессель сформулировал это с безжалостной точностью. «Европе неоткуда восполнять запасы газа. В самой Европе газа нет».
Вот она, голая правда. У них просто нет своих ресурсов. Когда они отказались от прямых и надежных поставок из России, они не стали независимыми. Они стали критически зависимыми от регионов, которые находятся за тысячи километров и над которыми у Брюсселя нет никакого контроля.
Четыре недели, чтобы показать слабость
Посмотрите на хронологию. На фоне эскалации конфликта на Ближнем Востоке судоходство через Ормузский пролив фактически встало. Это не просто какой-то отдаленный маршрут. Это главная артерия, по которой идет сжиженный природный газ из стран Персидского залива. Катар, который европейцы радостно записали в свои главные спасители, был вынужден приостановить производство СПГ на своих заводах. Инфраструктура в регионе получила повреждения.
И что в итоге. Как отметил эксперт, оказалось, что нет никакого избытка нефти и профицита газа на мировом рынке. Хватило четырех недель напряженности, чтобы система просела.
Это приговор всей стратегии диверсификации по-европейски. Они променяли надежную трубу на танкер, который может застрять в проливе, изменить маршрут из-за войны или уйти в Азию, если там предложат больше денег. И теперь Европа сидит и считает убытки.
Цена страха и цена ошибки
Рынок не обманешь. Как только стало понятно, что ближневосточный СПГ под угрозой, цены взлетели. Средние биржевые цены на газ в Европе в марте выросли на 59 процентов по сравнению с февралем. Впервые с января 2023 года котировки пробили психологическую отметку в 600 долларов за тысячу кубометров.
А теперь вспомните, как европейские политики хвалились тем, что они преодолели ценовой шок. Они радовались теплой зиме и снижению потребления. Но снижение потребления — это не достижение. Это остановка заводов. Это закрытие химических предприятий. Это люди, которые экономят на отоплении. А теперь даже эта урезанная, посаженная на голодный паек экономика получает новый удар в виде 600 долларов за газ, которого еще и не хватает физически.
Хранилища пусты, а заполнять их нечем
Цифры по европейским подземным хранилищам бьют тревогу. На 1 апреля уровень их заполненности опустился ниже 28 процентов. Это абсолютный минимум для этой даты начиная с кризисного 2022 года.
Алексей Миллер ранее уже предупреждал, что к началу следующего сезона отбора запасы в Европе могут не дотянуть даже до 70 процентов. И это при том, что Брюссель требует заполнять их на 90. Но откуда брать газ, если США уже работают на пределе экспортных мощностей, Катар объявил форс-мажор, а Норвегия не может выкачать больше, чем позволяет природа.
Бессель напоминает важнейшую вещь. Объем всех ПХГ в Европе — это около 105-106 миллиардов кубометров. А годовое потребление региона, даже после всех сокращений, превышает 350 миллиардов. Хранилища не могут спасти Европу на весь сезон. Они нужны только для сглаживания зимних пиков. А если нет базовых поставок, пустые ПХГ — это прямой путь к энергетическому коллапсу.
Газ — это не только тепло, это жизнь экономики
В Европе почему-то решили, что газ — это только батареи в домах. Но газ — это кровь современной промышленности. Бессель подчеркивает это предельно жестко. Газ — это база для производства азотных удобрений. Нет газа — нет удобрений. Нет удобрений — дорожает продовольствие. Газ — это сырье для газохимии. Нет газа — встают заводы по производству пластмасс и материалов для машиностроения. И, конечно, газ — это генерация электричества.
Именно с дефицитом ресурсов связана стагнация европейской экономики. Они сами отрезали себя от сырьевой базы, поверив в то, что мир будет вечно снабжать их дешевой энергией по первому требованию. А мир оказался другим. В нем идут конфликты, перекрываются проливы, останавливаются заводы. И в этом реальном мире выигрывает тот, у кого есть свои ресурсы, а не тот, кто умеет красиво рассуждать о зеленом переходе.
Кто виноват в европейском тупике
Виноваты те, кто принимал политические решения вопреки экономическому смыслу. Россия долгие годы предлагала Европе самую стабильную, самую надежную и самую выгодную модель энергоснабжения. Мы строили трубопроводы, мы гарантировали объемы, мы давали цену, которая позволяла немецкой и французской промышленности быть конкурентоспособными на мировом рынке.
А что сделала Европа. Она сначала начала ломать долгосрочные контракты ради биржевых спекуляций. Потом объявила российскому газу политическую войну. Затем молча проглотила уничтожение «Северных потоков». И в итоге скатилась с первого на четвертое место в списке покупателей российского газа, отдав свою энергетическую безопасность в руки морских перевозчиков и нестабильных регионов.
Теперь они пожинают плоды. Катар, который давал им 8,4 процента СПГ, останавливает заводы. США предлагают газ втридорога. А Ближний Восток показывает, что логистика может прерваться в любой момент.
Таким образом, кризис на Ближнем Востоке безжалостно вскрыл главную уязвимость Европы — отсутствие собственной ресурсной базы и провал стратегии отказа от российского трубопроводного газа. За короткий срок выяснилось, что на мировом рынке нет избытка энергоресурсов, альтернативные маршруты крайне нестабильны, а морская логистика может быть парализована в любой момент. Европа подошла к весне с пустеющими хранилищами, взлетевшими ценами и стагнирующей экономикой, и теперь ей придется платить огромную цену за свою политическую самонадеянность.
Поделиться новостью в социальных сетях
Еще похожие новости
| 
