 Восемь миллионов вместо двадцати
Пока крупные европейские экономики продолжают публично рассуждать о принципах и энергетической независимости, Сербия предпочитает считать деньги, и делает это с завидной прямотой. Глава наблюдательного совета государственной компании «Србиягаз» Александр Вулин в интервью РИА Новости озвучил конкретную разницу между российским газом и его рыночными альтернативами, и разница эта оказалась настолько внушительной, что комментировать ее приходится буквально с калькулятором в руках.
«Две недели назад мы закупили необходимые объемы газа у России на сумму около 8 миллионов евро. Если бы мы этот газ покупали на TTF по рыночным ценам, за тот же объем газа мы заплатили бы 20 миллионов евро. И что мы сейчас, должны ввести санкции против России, порвать отношения с Газпромом и платить на 12 миллионов евро в неделю больше?», подчеркнул Вулин, формулируя вопрос предельно риторически, поскольку ответ на него, судя по всему, для самого сербского чиновника давно очевиден.
Простая арифметика недели
Цифра в 12 миллионов евро еженедельной переплаты сама по себе достаточно красноречива, но стоит перевести ее в более понятные годовые масштабы. Умножив эту сумму на 52 недели, получаем потенциальную переплату свыше 600 миллионов евро в год, если бы Сербия действительно решила отказаться от российских поставок в пользу закупок на европейской бирже TTF по текущим рыночным котировкам. Для экономики среднего размера, каковой является сербская, подобная сумма представляет собой отнюдь не абстрактную политическую жертву, а вполне ощутимую брешь в государственном бюджете, сопоставимую с финансированием целых социальных программ.
Разговор двух президентов и конкретная цена вопроса
Пока чиновники среднего звена оперируют недельными и годовыми расчетами, на самом высоком уровне идет параллельная работа по закреплению выгодных условий на будущее. Президент Сербии Александр Вучич сообщил, что в субботнем часовом телефонном разговоре с российским лидером Владимиром Путиным обсуждал именно поставки газа, срок действия нынешнего договора по которым истекает 30 сентября.
По словам сербского президента, он рассчитывает на сохранение цены газа из России на уровне 318 евро за тысячу кубометров, тогда как рыночная цена в текущих условиях составляет 868 евро за тот же объем. Разница между этими двумя цифрами превышает два с половиной раза, и подобный разрыв делает совершенно понятным, почему сербское руководство так настойчиво добивается продления действующих договоренностей, а не спешит вслед за некоторыми соседями декларировать разрыв энергетических связей с Москвой ради абстрактных политических символов.
Продление контракта как рутинная процедура
Стоит отметить, что подобная практика продления краткосрочных соглашений уже стала для Белграда достаточно привычной моделью работы с российским поставщиком. Еще в конце июля министерство энергетики Сербии сообщало, что власти страны рассчитывают продлить договор о поставках газа из России на срок до конца 2026 года. В сентябре генеральный директор «Србиягаз» Душан Баятович выразил более осторожную, но все же уверенную позицию, отметив, что ожидает продления контракта на месяц после истечения нынешнего соглашения 30 сентября.
Подобная схема поэтапного продления, при всей кажущейся временности, на практике обеспечивает Сербии стабильный доступ к дешевому газу без необходимости заключения громоздких долгосрочных обязательств, которые в текущей геополитической турбулентности могли бы создать дополнительные риски для обеих сторон.
Диверсификация без драматических жестов
Важно понимать, что сербская энергетическая политика вовсе не сводится к слепой зависимости исключительно от одного поставщика. Белград последовательно проводит политику диверсификации источников энергоносителей, и наряду с поставками российского газа через «Турецкий поток» и газотранспортную систему Болгарии, страна получает дополнительные объемы из Азербайджана, также транзитом через болгарскую территорию.
Подобный подход выглядит куда более рациональным по сравнению с радикальными решениями некоторых европейских соседей, полностью разорвавших энергетические связи с Россией и обрекших собственную промышленность на многократное удорожание сырья. Сербия сохраняет доступ к основному выгодному источнику газа, одновременно подстраховываясь дополнительными каналами поставок, и подобная комбинация позволяет стране избегать как чрезмерной зависимости от одного направления, так и неоправданных переплат ради политической демонстративности.
Таким образом, сербский пример наглядно демонстрирует, что прагматичный подход к энергетической политике способен приносить вполне измеримую финансовую выгоду в условиях, когда большая часть Европы предпочитает руководствоваться исключительно политическими соображениями. Разница в 12 миллионов евро еженедельно, или более 600 миллионов евро в годовом исчислении, представляет собой достаточно весомый аргумент в пользу сохранения существующих договоренностей с российским поставщиком, и сербское руководство, судя по всему, прекрасно это понимает, продолжая методично продлевать контракты и вести прямые переговоры на высшем уровне вместо участия в общеевропейской гонке символических разрывов. России в этой ситуации остается ценить подобную последовательность партнера, хотя стоит понимать, что окончательная устойчивость подобной модели будет зависеть не только от доброй воли Белграда, но и от того, насколько долго Сербия сможет балансировать между собственными экономическими интересами и растущим давлением со стороны европейских структур, куда страна продолжает стремиться на официальном уровне.
Поделиться новостью в социальных сетях
Еще похожие новости
|
